Ненужная мать. Бабушку Оксана смотрела до последнего ее вздоха

Бабушку Оксана смотрела до последнего ее вздоха. Маленькая, худенькая старушка давно уже не ходила. Незрячей была, неходячей.

Когда Оксана переворачивала свою бабулю, чтобы подстелить под ней чистую простынку, та стонала своим тоненьким голосом и ругалась еле слышно:

-Свет выключи!

-Бабуль, какой свет, ты глаза-то открой..

Чтобы у старой женщины в комнате был полумрак, Оксана купила и повесила в ее спальне светонепроницаемые шторы.

Когда Оксана укладывалась спать в первом часу ночи (под вечер бабушка начинала метаться и стонать, непонятно отчего), муж недовольно бурчал рядом:

-Да когда же твоя бабка преставится? Второй год нас изводит!

Оксана виновато молчала.

Бабушка в ее детстве и юности была самым светлым пятном. Оксана вспоминала, как бабуля растила ее, пока мама, Наташа, в очередной раз искала истину на дне бутылки.

-Выжили мы только потому-что друг за друга держались, бабушка, — говорит Оксана сама себе, утешая себя мыслью, что все она делает правильно.

… Крохотную Оксанку мать подбросила бабуле почти сразу после рождения, та и вырастила девочку сама, хоть и ходила кое-как.

Наташка у бабули была поздним, совершенно нежданным ребенком: она родила ее в 38, от механика женатого. Для себя родила, а до этого долгие годы бесплодной считалась, потому и семьи не получилось: бездетная кому нужна?

Наташку баловала и любила, только вот упустила в юности, та в «подоле принесла».

Наташка глупая, от матери свое положение скрывала: собиралась в роддоме ребенка оставить, с трудом бабушка ее отыскала и настояла не дурить и от ребенка не отказываться.

-Вырастим, ты, да я, помогать тебе буду, — уговаривала она свою непутевую Наташку.

-Внучку хотела? Забирай! — сказала матери Наталья, после того, как принесла маленькую Оксанку из роддома.

А сама уехала свою жизнь устраивать. Она ведь еще красивше после родов стала: пышногрудая, повзрослевшая — самое время для любви!

Бабушка еле ходила, зрение стремительно падало, но внучка давала ей сил жить:

-Пока тебя на ноги не поставлю, не посмею умереть! — помнит Оксана бабушкины слова.

И действительно, только Оксана школу закончила и курсы краткосрочные на парикмахера прошла, бабка словно поняла, что теперь ее внученька не пропадет в этой жизни. И не встала с кровати. Усохла будто.

Бабушку в больницу забрали, а потом нашлась Наталья, вернувшаяся в дом матери.

-Чего уж, присмотрю за мамкой, — пообещала она Оксанке. — А ты езжай давай в свой город, работай, жизнь свою устраивай.

Поверила Оксана матери — та в бабушкин дом вернулась, как собака побитая: за мамой смотрела, в доме уборку затеяла, огород засадить обещалась.

В город Оксана с чистым сердцем уезжала, веря в то, что бабушку оставляет в надежных руках.

Потом жизнь городская ее закружила-завертела: с мужем своим гражданским познакомилась, вдвоем с ним квартиру сняли.

А когда к матери с бабушкой в деревню приехала, ахнула: бабушкин дом загажен, везде бутылки валяются, сама бабушка в дальнем углу вся в пролежнях гниющих лежит. Ни ухода ей должного нет, ни лекарств, а в самом доме живут чужие, посторонние люди: семья многодетная приезжая.

-А мы у Натальи этот дом снимаем. За три тысячи, плюс бабушка ваша на мне! — принялась предъявлять Оксанке хабалистая жиличка, загибая пальцы:

-Бабку вашу кормить приходится отдельно, а еще лекарства, мази? На продукты денег мне для нее ни разу никто не дал! Так-что это вы мне должны, за то, что я вашу бабку смотрю и убираю за ней вонючки ейные!

Хорошо Наталья устроилась! Пенсию бабушкину получала, да домишко ее умудрилась сдать! А сама в деревне даже и не появляется!

Оксана с мужем поговорила и бабушку в городскую больницу устроила, где за старушкой наблюдение установили.

Но вечно ведь ее там держать не будут: больница — это не приют. Подлечили все пролежни и попросили Оксанку бабушку забрать.

Оксана поузнавала насчет домов для престарелых, но везде требовались деньги, которых у девушки не было.

Пришлось забрать бабулю к себе.

В-остальном вообще неразбериха какая-то: жильцы бабушкин дом освобождать не собираются, прикрываясь тем, что исправно аренду Наталье платят и детьми своими, которых при всем желании, Оксана на улицу выставить не может.

Саму Наталью Оксана выловить не может: прячется от нее хитрая баба, на звонки не отвечает, адрес свой никому не говорит.

Только когда бабушка умерла, Оксана сумела до матери дозвониться. Наталья пообещала приехать на похороны, чтобы помочь проводить свою мать в последний путь.

И не приехала. Договаривались у морга встретиться, но бессовестная Наталья не появилась и отключила телефон.

Все хлопоты легли на плечи Оксаны. Хорошо хоть на погребение какие-то крохи Оксане удалось выбить, да родственники скинулись.

Зато дом наследовать Наталья примчалась первее всех, как ни в чем ни бывало, оправдываясь перед дочерью:

-Болела я, не могла приехать на похороны.

Бабушкин дом отошел Наталье, та продала его за бесценок и удрала в город. Люди поговаривали, неодобрительно качая головами, что машину там себе Наталья приобрела, подержанную.

Больше всех Оксану муж поразил. Напал на нее с обвинениями:

-Почему ты дом упустила, я так на него рассчитывал! Я думал, раз мы твою бабку столько времени терпели, значит, дом нам достанется!

Разругались, поскандалили, расстались.

Оксане тяжко было. Такое ощущение, словно все от нее отвернулись. Знакомые и родственники крутили пальцем у виска:

-Ну и семейка!

-Дом у матери-алкашки отбить не могла, ну и растяпа!

С трудом приходила в себя, понадобилась помощь психолога, для того чтобы отпустить обиды и начать жить по-новому. На бабулину могилку ходила, когда особенно плохо становилось. Там, у оградки, с бабушкиной фотографией ей будто легче становилось. Словно могилка бабушкина все плохое у Оксанки отбирала, вселяя взамен умиротворение и спокойствие душевное.

Постепенно все наладилось. Работу сменила, мужа встретила, вдовца с дочкой. Те искренне полюбили Оксану, за сердце ее доброе, как и она их.

Но в ее новую жизнь раздался однажды звонок. От матери.

Наталья хриплым голосом дочери говорила:

-Оксаночка, мне помощь твоя нужна. Я в аварию попала, в больнице лежу. Гипс на обе ноги наложили, не знаю, смогу ли ходить. Тяжело мне, постоянно о смерти думаю — на волоске от нее была. Тебя хочу увидеть, доченька, прощения попросить. Ты придешь?

Оксана выслушала внимательно все, что говорила Наталья и произнесла в трубку:

-Вы ошиблись номером.

«Надо симку сменить», — подумала Оксана, возвращаясь на кухню, где готовила обед для своей любимой семьи.

Понравилось? Поделитесь с друзьями!

БОНУС! Новое видео от Антона и Юли — «КТО ТАКОЙ КОТИК?».
Подписывайтесь на канал, чтобы видеть больше серий:

Источник

2 месяца ago