Джон Леннон: последнее интервью

Это интервью было записано 5 декабря 1980 года. В гости к Джону Леннону пожаловал автор журнала Rolling Stone Джонатан Котт. Они провели вместе более девяти часов.

Чрез три дня Джона убили. Вот о чем думал и что говорил знаменитый музыкант в последние дни своей жизни.

О детях




«Знаешь, нам было очень важно, что у нас родился ребенок – кажется, все забыли, как долго мы пытались и сколько было выкидышей, иногда настолько серьезных, что Йоко, казалось, была на грани смерти.

У нас был один мертворожденный ребенок, были сложности с наркотиками, куча личных неприятностей, проблемы с обществом, которые мы создали себе сами или которые появились благодаря нашим друзьям.

Нам удалось завести ребенка, к этому мы стремились десять лет.




Что касается нашего ребенка… Это все еще очень тяжело. Я не лучший в мире папа. Я стараюсь как могу. Но я очень раздражительный, у меня бывают депрессии. Мое настроение поднимается и опускается, поднимается и опускается, и Шону приходится с этим как-то справляться.

Мы все эгоисты, но мне кажется, что так называемые художники — эгоисты абсолютные: заставить себя подумать о Йоко, или Шоне, или кошке, или вообще о ком-то другом, кроме меня самого очень тяжело. Разумеется, если сделать это, чувствуешь радость, понимаешь, что все не зря.

Самое тяжелое для меня — это играть. Я могу делать все что угодно, кроме этого. Я могу рисовать, я могу смотреть с ним телевизор.
В этом я мастер, я могу смотреть любую чушь, если мне не надо ходить туда-сюда, и я могу говорить с ним и читать ему, и я могу взять его с собой куда-нибудь выпить кофе и прочее в таком духе.




Об общественном мнении

«У всех есть четкое представление о том, что ты должен делать. Но это все равно что жить в соответствии с тем, чего от тебя хотят родители или общество, или так называемые критики.

На самом деле это обычные парни с ручкой или печатной машинкой, которые сидят в небольшой комнатке, курят и пьют пиво, у них есть свои мечты и кошмары, но при этом они делают вид, что они непогрешимы в своем, особом мире. На здоровье.

Но находятся люди, которые все это игнорируют».

О переезде в США

«Случаются странные вещи: один парень в Англии, астролог, сказал мне как-то, что я буду жить в другой стране. Я не помнил об этом, пока не начал изо всех сил бороться за право остаться в Соединенных Штатах.

Я думал тогда: «Что я, черт побери, здесь делаю? Какого рожна я устраиваю все это?» Я изначально не собирался здесь жить, просто так случилось. Мы не собирали вещи — мы оставили все дома в Англии, мы думали приехать ненадолго. Но мы больше не возвращались».

О творчестве




«Можно ориентироваться на небольшую аудиторию, на среднюю аудиторию, но я лично предпочитаю большую аудиторию.

Я решил в художественной школе: если я собираюсь быть художником любого сорта, я хочу, чтобы мои работы стали известны как можно большему числу людей. Идея тихо рисовать у себя на чердаке и никому ничего не показывать — не по мне».

Об учебе в художественной школе

«Я ничего не вынес из художественной школы, кроме того, что там были женщины, там много пили и там было можно одновременно учиться и ловить кайф. Мне все это страшно нравилось, но что касается искусства, я абсолютно ничему не научился».

О том, как создавались песни для альбома «Double Fantasy»

«Мне потребовалось пять лет, чтобы написать их. Пять лет запора, а потом три недели диареи. (Смеется.) Сам физический процесс написания занял три недели. Есть дзенская притча, Йоко рассказала ее мне — может быть, я уже упоминал ее в одном из интервью.

Император посылает гонца к художнику, чтобы заказать картину. Он платит художнику деньги, и тот говорит: «Хорошо». Проходит год, гонец возвращается к нему и говорит: «Император ждет свою картину».

Тогда художник говорит: «Подожди немного», и прямо на его глазах рисует ее и говорит: «Вот». А гонец возмущается: «Что за ерунда? Император заплатил тебе двадцать тысяч долларов за эту дрянь, а ты набросал ее за пять минут».

Тогда художник отвечает: «Да, но я потратил десять лет думая о ней». Я никак не смог бы написать песни для «Double Fantasy» без этих пяти лет».

О судьбе

«Иногда ты задаешься вопросом, действительно не можешь понять… Я знаю, что мы создаем свою собственную реальность и у нас всегда есть выбор, но насколько все предопределено?

Можно ли сказать, что перед тобой всегда развилка, где есть два пути и каждый из них в равной степени предопределен? Может быть, перед нами сотни путей, всегда можно пойти одним, а можно другим — есть выбор, и иногда это очень странно».

Источник

1 месяц ago